• Фанфики 10 months ago


    Джинни была зла. Захлестываемая собственной яростью, девушка бежала к себе в комнату, чтобы как можно быстрее найти нужный предмет. Малфой, который был причиной ее ярости, так и остался стоять в коридоре, посмеиваясь. Пусть сейчас не ответила, не желая ввязываться в перепалку, но от этого не стало менее обидно. Козел! Она ему еще покажет, как над ней насмехаться!
          Джиневра упала на колени перед своей сумкой, пытаясь как можно быстрее найти спрятанную там вещь. Не то, не то, да где же оно? Маленький флакон словно сам попал ей в руку. С победоносной улыбкой лисица оглядела его, понимая, что это – то самое любовное зелье, которое она искала.
          – Джинни, – раздался голос позади нее.
          Девушка быстро сунула флакон обратно в сумку, больше боясь быть пойманной, чем потерять его снова.
          – Привет, Гермиона! – улыбнулась рыжая, стараясь выглядеть спокойно. Дыхание, правда, выдавало Джинни с головой, но ведь можно всегда придумать оправдание.
          – Ты что-то ищешь? – спросила проницательная старшая подруга, прищурив глаза.
          – Да, – решила быть до определенной стадии честной рыжая, – я потеряла зеркальце, которое мне очень нравится. Никак не могу понять, куда оно подевалось!
          – Тебе помочь?
          – Не стоит, это такая мелочь! – мило улыбнулась Джинни. Конечно, так она и позволит кому-то рыться в своей сумке.
          – Джинни, я видела, как ты поругалась с Малфоем, – смущенно начала Гермиона, будто это было не ее дело, но долг обязывал сказать, – мне кажется, ты расстроена из-за этого. Но знаешь, Малфой…
          – Это гнусный червяк, на которого даже внимания обращать не стоит, – заученно ответила Джиневра. Тоже мне, нашли оправдание. – Поверь, Гермиона, я этим нисколько не расстроена. К этому давно уже все привыкли.
          – Честно? – с подозрением спросила старшая подруга.
          – Честно, – кивнула Джинни, понимая, что этим ее уже не проймешь. Так она и рассказала о придуманной мести и о том, что терпения на таких придурков уже не хватает.
          – Ну хорошо. Увидимся на обеде?
          – Конечно!
          Гермиона вышла, а Джинни снова стала упоенно перебирать вещи, чтобы вновь найти флакон, с замечательным любовным зельем. Делала она его когда-то сама, помогая близнецам разработать рецептуру для их магазинчика шалостей, а заодно и чтобы потренироваться в зельях. В итоге вывела такое, что не грех было использовать и самой. Только вот не на ком. Джинни, как ни странно, до сих пор не встретила такого парня, которого захотела бы добиться любой ценой. Зато сейчас представился подходящий случай. Месть – не менее замечательный повод, чем любовь.
          Спрятав бутылочку в карман, она решила взять еще кое-что. Идя в комнату мальчиков, Джинни не скрывалась, но предлога не могла придумать до самой двери. И, уже постучав, решила, что все будет зависеть от того, кто окажется внутри. Дверь открыл Симус. Прекрасно!
          – Привет! – улыбнулась Джинни, заглядывая в комнату. Больше никого.
          – Привет!
          – Можно войти?
          – Конечно! – Симус посторонился, пропуская девушку внутрь. Как и полагалось, у мальчишек было столько мусора, что у любого преподавателя случился бы приступ, забреди он сюда.
          Джинни знала, где Гарри держит мантию-невидимку, в отличие от Симуса, который не заметил маневров девушки, подбирающейся к вещам Поттера.
          – Ты что-то хотела?
          – Да, – неуверенно кивнула девушка, стараясь изобразить смущение. – Ты… любишь Лаванду?
          Парень покраснел, отводя глаза. Этого хватило. Лисица цапнула свою добычу, комком запихнув ее под кофту.
          – Джинни, я не понимаю, к чему этот разговор!
          – Прости, если не хочешь, можешь не говорить, – тут же сменила политику рыжая, немало озадачив парня. – Увидимся на обеде!
          Ликуя, она взлетела к себе словно птица и, едва прикрыв дверь, надела мантию. Ну, держись Малфой! Расплата не за горами.
          В большом зале было многолюдно. От этого становилось страшно и одновременно спокойно. Никто не удивлялся, если наталкивался на нее, голоса и чужие шаги полностью скрывали любые посторонние звуки.
          За столом Слизерина все уже чинно восседали, разговаривая о чем-то своем. Они привыкли не обращать внимания на учеников с других факультетов, что было безумно на руку Джинни. Драко уже потягивал тыквенный сок, так что дело было за малым. Она попыталась наклониться, чтобы никого не задеть. Девушка дрожала всем телом, не понимая, почему именно сейчас ей так важно отомстить. Наверное, потому что хоть она и Уизли, у нее есть гордость. Ее кровь ничем не хуже, чем у этого ублюдка. И поэтому он больше никогда не посмеет так с ней обращаться!
          – Смотрите! – крикнул кто-то, привлекая внимания слизеринцев. Джинни воспользовалась моментом, и недолго думая, выливая содержимое пузырька в напиток. Назад пути нет.
          Не глядя на то, что привлекло всеобщее внимание, девушка бросилась наутек, чтобы вернуться в большой зал как нормальная ученица.
          В комнате мальчиков никого не было. Легко вскрыв замок, Джинни вернула мантию на место и, переполняемая гордостью, пошла в обратно. А после обеда можно было гордиться собой снова: Малфой не сводил с нее глаз. Это было не глупое обожание, когда все только брезгливо морщатся, наблюдая за попытками опьяненного ухаживать. Зелье только разогрело страсть, оставив разум жертвы незамутненным.
          Малфой сидел как на иголках. Почему-то за обедом ему вспомнилась та мелкая Уизли. Вообще, она давно его заинтересовала, но обычно он не сосредотачивался на таких мелочах. Конечно, она не заслуживала его внимания, но что-то все равно заставляло вспоминать эту рыжую снова и снова. Взгляд, походка… чертова лиса! Обычно Драко точно знал, чего хочет. Любая девушка на факультете с радостью бы стала его без колебаний. Но все его мысли заполнил образ гриффиндорской девчонки. Как бы он ни презирал ее, сейчас он ее хотел. И Драко прекрасно понимал, что легко она ему не достанется. Но он же Малфой! Нет ничего в этой жизни, что он не смог бы получить.
          Джинни встала, Драко? заметив это, тут же подскочил следом.
          – Уизли, – услышала рыжая пренебрежительный голос, уходя.
          – Чего тебе, Малфой? – надменно ответила она, понимая, что сейчас ее черед диктовать условия игры. Целый месяц.
          – Знаешь, ты могла бы достичь большего, учись ты в Слизерине, – вяло процедил он.
          – Это комплимент теперь такой? – ответила, словно выплюнула, Джинни. Малфой чертыхнулся про себя, понимая, что после того, как с утра они поругались, он сейчас выглядит глупо.
          – Отчасти. Не хочешь прогуляться?
          – Иди лесом! – с чувством собственного достоинства ответила гриффиндорка. Драко на мгновение показалось, что она улыбается.
          – Ты что-то от нее хотел, Малфой? – с вызовом спросил у него Рон, пока блондин смотрел вслед его сестре.
          – Иди-ка ты запретным лесом, – посоветовал слизеринец, быстро удаляясь на урок. Сейчас ему было совсем не до гриффиндорского трио.
          
          Джинни весь день волновалась. Конечно, Малфой подошел к ней один раз, но разве это могло ее успокоить? Нет! Ей нужно было, чтобы весь Ховартс видел, как он валяется у нее в ногах.
          Следующее утро было одним из самых волшебных в ее жизни. Живя в семье магов, она не так часто оказывалось в сказке, как хотелось бы. Красные розы, которые принесла ей сова, едва в окна пробрался рассвет; восторженные завистливые комментарии подруг; золотой кулон в виде половинки сердца; записка о романтической встрече, которую Джинни сумела спрятать в карман до того, как заметил кто-то из соседок по комнате – Малфой умел красиво ухаживать.
          – Что за шум? – спросила вошедшая в комнату Гермиона. Она старалась стать для девчонок кем-то вроде старшей сестры, поэтому ничего не оставляла без внимания.
          – У Джинни появился воздыхатель, – тут же заложила ее Адель, с восхищением разглядывая букет.
          – Да? – удивилась Гермиона. – И кто же он?
          – Не знаю, – пожала плечами Джинни, притворяясь, будто ей ничего об этом неизвестно.
          – Наверное, это какой-нибудь принц на белом коне! – восторженно вздохнула Пенелопа.
          – Принцев не бывает, – усмехнулась Джинни, убирая цветы в вазу, а кулон пряча под блузкой.
          – Лучше поверх, – предложила Гермиона, пытаясь поправить.
          – Зачем? – смутила подругу Уизли.
          – Ну, чтобы твой воздыхатель видел, что тебе понравилось, – недоуменно предложила Гермиона.
          – Пусть переживает.
          
          А он переживал, срывая свой гнев на всех, кто проходил мимо или случайно оказывался рядом. Сегодня без брани от Малфоя не ушёл никто. Драко был зол – за завтраком Джинни не было. С трудом подавив в себе желание подойти и без объяснений набить Поттеру рожу, Малфой продержался до обеда. И, о чудо! Она явилась, заслоняя своим чудесным ликом все невзгоды и плохое настроение. Черт, как это было не похоже на слизеринского принца! И только разглядев, что кулона на ней нет, блондин снова пришел в ярость.
          – Драко, что с тобой сегодня? – поинтересовалась Пенси, замечая странные перемены в поведении однокурсника.
          – Не твое дело, – сквозь зубы проедил он, пытаясь одновременно наблюдать за Уизли и сделать так, чтобы этого никто не заметил.
          Джинни встала из-за стола и, как обычно, одна направилась к двери. Всегда одинока, всегда независима. Малфой вскочил, не доев свой обед, и быстро начал пробираться вслед за ней. Это было неправильно, но Драко жаждал услышать от нее хоть слово.
          – Джинни! – позвал он, когда они завернули в небольшой коридор, где почти не было студентов.
          Девушка, прекрасно знавшая, что он идет следом, вздрогнула. Страшную все-таки игру она затеяла.
          – С каких пор ты зовешь меня по имени? – нахмурилась рыжая, оборачиваясь.
          – Неважно, – в своем стиле откликнулся Малфой, – ты сегодня здорово выглядишь, – он запнулся, как будто понял, что это не его текст.
          Она улыбнулась, давая сердцу надежду. Поворот головы. В вырезе блузки блеснула золотая цепочка. Значит, все-таки…
          – Понравился? – спросил неожиданно Драко, легко проводя рукой по бледной коже рядом с цепочкой.
          Горячая волна пробежала по телу девушки. Резко, но словно нехотя, она отступила от него на шаг.
          – Зачем ты послал мне это?
          – Хотел извиниться за вчерашнее.
          – Думаешь подкупить меня своими подарками? – Джинни была хорошей актрисой. Она попыталась снять кулон, но рука Малфой легла поверх ее ладони, снова заставляя обжечься теплом его тела. А говорят, что слизеринцы как змеи...
          – Не снимай, пожалуйста, – а потом, спохватившись, Драко добавил в своей Малфоевской манере, – как же вы тогда извиняетесь, Уизли?
          Она сдержала смешок, понимая, что Малфою так и до раздвоения личности недалеко.
          – Ты оскорбил меня перед всеми. Извинения только между нами не принимаются, – холодно отрезала она, отходя от него на шаг. А потом развернулась и уверенно пошла в нужную сторону.
          Сейчас был перерыв между уроками, что позволило Джинни забежать в свою комнату и хоть как-то успокоиться. Соседки еще не пришли с обеда. Девушка закрыла дверь, чтобы никто не смог застать ее врасплох. Тринадцать чудесных роз красовались в вазе, радуя глаз. Джинни отдышалась, прокручивая в голове произошедшее. Вот она уже почти и добилась того, чего хотела. А что дальше? Черт…
          
          Занятия закончились, но день, начавшийся так бурно, не переставал подкидывать сюрпризы. Ужин обещал быть еще более фееричным, чем обед.
          К своему столу она едва пробралась, понимая, что там происходит что-то неординарное. И правда, у стола уже стоял Малфой, с презрительным видом игнорирующий возмущенных гриффиндорцев. Драко никогда раньше не думал, что можно сделать так много гадостей этим идиотам, только встав рядом. Большинство из них потеряло аппетит, некоторые пытались подавиться, и у всех поголовно испортилось настроение. Оживился Драко только тогда, когда заметил в толпе Джинни.
          – Уизли, – расплылся он в немного коварной улыбке.
          – Что тебе от нее надо?! – немедленно встрепенулся Рон, который до этого вынужден был сдерживаться, не находя ничего предосудительного в «хочу и стою». Точнее, не находила Гермиона, а рыжий должен был подчиняться.
          – Джиневра Уизли, – громогласно объявил Драко, наслаждаясь произведенным эффектом. Девушка напряглась, оглядываясь, словно хищница в клетке, когда внимание всех обратилось к ней. – Я приношу свои извинения за все оскорбления, которые когда-либо произнес в твой адрес. Я вынужден признать, что был неправ.
          В зале повисло молчание, которое как всегда оборвалось, когда у Рона закончилось терпение. То есть очень скоро.
          – Что ты задумал, Малфой?! – взорвался рыжий, подскакивая с места. Гарри, который тоже был не против подраться, почему-то повис у друга на руках – Гермиона их стремлений не одобрит.
          – Не твое дело, – отрезал Драко, глядя только на Джинни. Открытый, вызывающий взгляд. Даже при том, что Уизли опоила его зельем, он все равно выглядел так, будто он здесь король. Вызов, да? – Так ты простишь меня? Или мне еще постоять над душой у твоего курса?
          Не вызов, а банальный шантаж. Что ж, она еще не голодная, а потом, может, чего на кухне перехватит.
          – Ладно, Малфой. Можешь считать, что ты прощен.
          – Можешь считать? – презрительно вздернул бровь Драко.
          – Ты же не оставляешь мне другого выбора, когда угрожаешь торчать здесь, – Джинни пожала плечами, присаживаясь на лавку рядом с Гермионой. А может, она даже и поест, не подавившись под взглядом «возлюбленного».
          – Хорошо, что еще я должен сделать, чтобы ты действительно меня простила? – Малфой был зол, краснея, словно рак в кастрюле с кипятком.
          – На колени, – пожала она плечами, едва скрывая усмешку.
          – Что?! – чуть не взорвался слизеринец. Гриффиондорский стол начал понемногу оживать, забывая про напряжение, которое мешало ужинать. Теперь трапезе мешало любопытство.
          Девушка только пожала плечами. Мол, не хочешь – твое право. Стой здесь, я поем. А заодно и проверю, как зелье действует.
          Драко под удивленные вздохи всего зала, опустился на одно колено. Поколебался минуту, потом опустился и на второе. Вот так стоя на коленях, скрестив руки на груди, он, скривившись спрашивал:
          – Прощаешь?
          – Теперь прощаю! – лицо Джинни озарилось улыбкой. Вот он и отплатил за оскорбления! Но теперь девушку занимало другое: что с ним делать оставшийся месяц?!
          Зал зааплодировал, словно от того, простит Джинни Драко или нет, зависело как минимум светлое будущее всей школы. Хотя светлое будущее сегодняшнего ужина точно было под угрозой. Малфой только фыркнул, гордо рассекая толпу. Есть не хотелось совсем. Уже в гостиной его настигла все та же невыносимая Пенси, брезгливо спросив:
          – Драко, ну и зачем ты это сделал? Неужели она тебе нравится?
          – Молчи, дура! – в сердцах рявкнул Драко. – Тебе никогда не понять моих планов!
          И, оставив ошеломленную девушку в гостиной, заперся у себя в комнате. Черт! Ему самому не понять своих хитроумных планов. Малфой прямо в одежде упал на кровать, пытаясь осознать, что только что натворил. А перед глазами все стоял образ младшей Уизли.
          
          Конечно, Джинни знала, что Зельеваренье никогда не проходит для Гриффиндора без потерь, но она даже не догадывалась, что Снейп решит сорвать зло на ней лично. Девушка и не предполагала, как реагировать на предложение остаться после урока. Спорить с профессором, правда, было бесполезно, поэтому пришлось дожидаться, пока он подойдет к ней в своей черной мантии, чтобы спросить:
          – И чем же вы опоили мистера Малфоя, мисс Уизли?
          Джинни на секунду оторопела: насколько точно преподаватель угадал причину происходящего. Но она никогда не была мямлей или дурой.
          – Откуда подобные предположения, профессор?
          – А как иначе объяснить то, что он перед вами извинялся да еще и таким неподобающим для Малфоев образом?
          Девушка только пожала плечами, так как никогда не была Малфой и не знала, что им подобает, а что нет.
          – Вы не спрашивали у него самого?
          – Он говорит, что… это его коварный план.
          – Что же, спасибо, что раскрыли мне все тайны мистера Малфоя. Я очень признательна вам за то, что вы обо мне так заботитесь, – с ехидцей ответила Джинни, глядя на профессора глазами, в которых плясали чертики.
          Снейп только скрипнул зубами, понимая, что так просто ответа не добиться.
          – Я могу идти? – спросила девушка, понимая, что больше к ней вопросов нет.
          Снейп кивнул, но дал ей дойти ровно до двери:
          – Что это за любовное зелье?
          – Любовное? – удивленно похлопала ресницами гриффиндорка. – Мне казалось, что мистер Малфой вполне адекватен. Или вы мне льстите, предполагая, что я могла сварить что-то такое, что не затронуло бы рассудок человека?
          Снейп не мог польстить Уизли. Просто из принципа. Особенно с учетом того, что он, великий зельевар, не способен даже определить что это.
          – Купили? – наугад предположил профессор, тут же прикусывая язык.
          – Я нищая, профессор, – развела руками Джинни, уже ничего не боясь, – и я опаздываю на следующий урок.
          Джинни вышла из кабинета, стараясь смеяться как можно тише. Почему-то эта ситуация ее не напугала, а скорее позабавила. Жизнь становится все более и более интересной, несмотря на то, что девушка ходила по грани. Игра со слизеринцами очень опасна.
          
          Весь день Малфой даже не смотрел на нее, что заставило Джинни забеспокоиться: она стала ему безразлична? Очевидно, Снейп все же нашел противоядие, потому и спрашивал. Она старалась глядеть на блондина украдкой, и однокурсники действительно ничего не заподозрили. Спрашивали, конечно, что с Малфоем, но она ответила только, что он проспорил. Паника вперемешку с адреналином захлестывала Джинни. Было что-то в этом чувстве новое, чего никогда раньше не было. Она ведь всегда была послушной девочкой.
          Он поймал ее на следующий день во время пары, когда она шла в библиотеку и остановилась у окна, чтобы посмотреть на тренировку по квиддичу.
          – А тебе все-таки не все равно, – усмехнулся Драко, оказываясь у рыжей за спиной. Его шепот обжег шею девушки. Джинни в последний момент развернулась, чтобы он не коснулся кожи губами. И тут же об этом пожалела, потому что, оказывается, очень хотелось.
          – Что за глупости, Малфой? – попыталась она защитить свою репутацию.
          – Думаешь, я не вижу, как ты ищешь меня глазами?
          – Просто я не понимаю, чего ты хочешь от меня!
          – Скажем так, ты меня чем-то очаровала, – он провел рукой по ее щеке.
          Джинни не двигалась, уже не понимая, чего она сама хочет. Главное сейчас для нее – не выдать себя. Но еще следовало удержаться от необдуманных поступков. Сейчас, казалось, что быть с ним – так просто. Но ведь тогда, после окончания действия зелья, больно станет не только ему. Нет, надо просто поводить его за нос.
          – Боюсь, я не могу ответить взаимностью, – улыбнулась девушка, как только дыхание успокоилось.
          Вывернувшись из его объятий, она пошла по коридору, как нельзя довольная собой.
          – Уизли, – услышала она позади себя холодный голос, – Малфои всегда получают то, что хотят!
          Она даже оборачиваться не стала.
          
          То, что Драко не обращал на нее внимания и на следующий день, было уже чем-то само собой разумеющимся. Только теперь и Джинни не вертела головой по сторонам. Надо было готовиться к чему-то страшному, но в душе плясали чертики. Хотя бы месяц она заставит его унижаться.
          Вечером она долго не могла заснуть. Чтобы не будить соседок, Джинни села на подоконник, рассматривая звездное небо. Наверное, мама бы не одобрила ее поведения. Никто бы не одобрил. Они бы все сказали: «Джинни, он не стоит твоего внимания». Конечно! Пусть унижает, сколько влезет! Мы выше этого. Только вот… она слишком не похожа на свою родню.
          Девушка печально вздохнула, не зная, как теперь решить свои проблемы. Или что делать с такой «неожиданной удачей». В принципе, это одно и то же.
          Не то чтобы он подлетел на метле незаметно. Просто увидеть вдруг перед собой Драко Малфоя было странно, даже если бы она заметила, как он поднимается к ней от самой земли.
          Драко сидел на метле со своим фирменным самодовольным видом, глядя ей прямо в глаза. Девушка не то смутилась, не то замешкалась, яростно прошептав, чтобы никто больше не услышал:
          – Что ты здесь делаешь?
          – Я подумал, что ты напоминаешь мне прекрасную принцессу, заточенную в этой ужасной башне. Не хочешь развеяться?
          – С тобой? – фыркнула Уизли, пытаясь копировать его манеру разговора.
          – Ты же любишь летать? Поверь, я ничем не хуже твоего обожаемого Поттера. Только от него ты ничего не добьешься, так как его больше интересуют проблемы мирового характера.
          – Мне он уже давно безразличен! – величественно бросила Джинни.
          – Тогда почему ты до сих пор без парня ходишь, малышка? Только не говори, что у тебя тоже с судьбой всего мира проблемы.
          – Просто нет тех, с кем бы я хотела быть!
          – А может, просто боишься? – предположил Драко, приведя ее в бешенство.
          – Малфой! Не тебе меня в трусости обвинять!
          – Тогда садись.
          Джинни только фыркнула, понимая, что ее взяли на слабо. Но в следующую секунду встала на подоконник, чтобы спокойно сесть к нему на метлу. Что она делает?
          – Хм, а у тебя весьма интересная пижама, Уизли, – сообщил ей Драко, прижимая ее к себе и касаясь через простенькую ткань.
          – Заткнись, Малфой!
          
          Джинни не выспалась и пребывала в весьма скверном расположении духа. Еще хуже оно стало, когда у себя под подушкой она случайно нашла шелковую пижаму с недвусмысленной запиской. Хорошо хоть еще подруги не заметили.
          А вечером он снова прилетел за ней на метле и долго возмущался, почему она не в подарке и зачем ей собственная метла.
          Казалось, это было так обыденно, каждую ночь летать с ним вокруг Хогвартса, наперегонки, рядом, в излюбленные удивительные места этого замка. А утром злиться на всех окружающих из-за того, что в очередной раз не выспалась. Драко действительно был словно принц из сказки, спасший прекрасную принцессу. Жаль, что в жизни все не совсем так. Но сейчас он дарит ей цветы, которые неизвестно где находит сам, и поет песни ночами, когда они останавливаются передохнуть от игривого ночного ветра.
          В тот день первый раз пошел дождь, застигнув их врасплох. Весело смеясь, они спрятались в пещере, прижались друг к другу, чтобы согреться… Тогда ее оборона дала слабину: Джинни разрешила себя поцеловать. За что уже утром, уставшая и слегка прихворнувшая, она была вознаграждена очередным скандалом.
          Из гостиной было не выйти: перед входом что-то случилось. Джинни, подозревая самое худшее, растолкала всех, пытаясь понять, в чем проблема.
          Проблема презрительно смотрела на ее брата, которого опять едва удерживали друзья, и, видимо, в очередной раз повторила:
          – Хочу и стою!
          – Малфой! – выкрикнула Джинни, обращая на себя внимание.
          – С добрым утром, любимая! – блондин, полностью игнорируя собравшихся, подошел к ней, вручив красную розу и целуя в щеку.
          Тишина наступила гробовая. Никто не смел ни слова произнести, ни пошевелиться. Поэтому шепот Джинни отчетливо разобрал весь факультет:
          – Ты что себе позволяешь?!
          Малфой лишь пожал плечами, коварно улыбаясь. Любовное зелье все-таки отвратительно действует на таких как он. Стремясь заполучить объект своей страсти любой ценой, они идут ва-банк.
          – Рон, он издевается! – быстро возвестила Джинни, видя, как лицо брата сравнялось по цвету с его волосами.
          – Как хочешь, дорогая! – покорно отозвался Малфой, устраивая руки в карманах.
          Она гордо пошла в большой зал, полностью игнорируя заинтересованную толпу, а Драко только следовал за ней с невозмутимым видом. «Достойная пара», – отметил сам про себя Малфой. Она достойная пара для него. Как только ее угораздило учиться на этом дурном факультете?
          К вечеру о том, что у них роман, знал уже весь Хогвартс, как ни пыталась Джинни опровергнуть эту информацию. А стоило ей прийти в гостиную, брат закатил истерику, после чего Джинни, плюнув на все свои оправдания, заехала Рону учебником по голове и заявила, что вмешиваться в свою личную жизнь она ему не позволит!
          Этим вечером она не открыла Малфою окно.
          С утра она вышла раньше всех, не дожидаясь, пока он снова что-нибудь устроит. Драко нашел ее в большом зале, причем, когда Джинни уже собиралась уходить.
          – Ты пытаешься от меня сбежать? – спросил он, без разрешения провожая ее до кабинета. Впрочем, точнее тут было бы сказать «пробегаясь вместе».
          – Нет, Малфой, я просто не хочу лишних проблем!
          – Ты имеешь в виду своего помешанного братца?
          – Да, именно его, – ответила Джин, тут же прикусив язык. – Впрочем, он помешан не более чем ты. Я не понимаю, почему ты так упорно стараешься быть со мной? – девушка откровенно взорвалась, не понимая, чего она хочет от Малфоя, которого сама опоила. – Честно сказать, когда все это началось, я думала, что ты, как все слизеринцы, попытаешься затащить меня в постель и успокоишься! Но почему-то тебе надо, чтобы весь Хогвартс знал, что мы с тобой вместе! Ты хочешь меня унизить?
          – Послушай, Уизли, ты понимаешь, что на самом деле это ты меня унижаешь? Я –Малфой! А должен делать все, чтобы одна из Уизли согласилась стать моей невестой! Абсурд!
          Джинни замерла, словно ее громом поразило. Однако мощное она сварила зельице. Джордж, конечно, предупреждал, что это – плохая игрушка, но Джинни даже представить не могла, что настолько. Кажется, последствия будут намного хуже.
          – Что-то я не припоминаю подобного предложения!
          – Малфои никогда не афишируют несерьезные отношения! – гордо вздернул нос Драко, все еще оскорбленный поведением рыжей. – Так может быть все-таки перестанешь строить из себя недотрогу? Я же, черт возьми, вижу, что ты просто ломаешься!
          – Ты даже не представляешь, как пожалеешь об этом после окончания учебы.
          – С чего бы это? Кстати, об окончании, на этих выходных нам следует пойти в Хогсмид, чтобы заказать тебе более-менее приличную мантию! Вряд ли у тебя есть что-то подходящее на бал!
          – Драко, – взмолилась Джинни, понимая, что этот паровоз под названием «Малфой» уже даже стоп кран не остановит, – я тебя умоляю, давай какие-либо серьезные решения ты будешь принимать не раньше первого дня каникул!
          – Глупости какие. Но если ты согласишься стать моей девушкой, я – так и быть! – выполню этот каприз.
          – Я сдаюсь, – едва дыша, прошептала Уизли. Кто бы думал, что все может зайти так далеко. И кто еще над кем издевается? Этот парень, кажется, даже под сывороткой правды умудрится все повернуть против окружающих.
          – Отлично!
          
          Джинни никогда не думала, что значит быть принцессой. Но тем приятнее и страшнее было для нее окунуться в загадочный мир, который открывал ей Малфой. Он бросил всё к ее ногам, осыпая лепестками роз и кормя конфетами по галеону за штуку. В общем, если он предъявит счет, печально подумала Джинни, она запатентует рецепт зелья и будет торговать.
          Но деньги были не главным. Таким обходительным Драко не видел еще никто. Он носил девушку на руках, пел ей песни, когда их никто не видел, целовал руки. Джинни только печально вздыхала, что парень без зелья на такие подвиги не способен.
          Рона и всех грифиндорцев Драко упорно игнорировал, иногда намеренно доводя до бешенства. Слизеринцы, впрочем, тоже не были в особом почете. Казались, они одни в этом мире, даже профессора неодобрительно качали головой, хотя ни одному эти любовные хлопоты учиться не мешали. Разве что один раз Драко выкрал ее из подвала Снейпа, оставив профессору записку. Но устных претензий от зельевара не последовало.
          На последнем балу она была словно золушка, которая точно знала, что завтра ее счастье испарится. Но, ступив в зал, она почувствовала на себе восхищенные взгляды всех. Фиолетовая мантия, безупречный макияж, струящиеся по плечам локоны. И самый идеальный парень Хогвартса рядом. Сегодняшний вечер принадлежал ей! Сегодня Драко признался ей в любви. И она тоже – в надежде, что он не запомнит.
          
          – Джин, слушай, – Гермиона стояла на пороге комнаты, где собиралась ее подруга. Сегодня все прошло. Больше нет бала, и нет золушки. – Я даже не думала, что ты правда с ним встречаешься… странно все как-то… а как твои родители к этому отнесутся?
          – Все нормально, Герм, – вздохнула Джинни, понимая, что сегодня она просто сбежит, – никому ничего объяснять не надо. Эта сказка закончилась.
          – О чем ты?
          В приоткрытое окно влетела сова, передавая записку и розу, наверное, уже больше по привычке. «13:00, в астрономический башне».
          – Малфой что-то сделал тебе вчера? – недоуменно спросила Гермиона, которая уже почти смирилась, что подруга крутит с этим мерзавцем. Может быть, поиграет и забудет. Рону, правда, этого все равно не объяснить, но удержать от опрометчивых действий можно.
          – Это я ему кое-что сделала месяц назад… – Джинни посмотрела на часы. Пять минут. Как раз дойти. – Ладно, мне пора платить по счетам. Думаю, дольше часа, я с этим разбираться не буду.
          Она оставила чемодан и уверенным шагом направилась на место встречи. Надо только будет сказать сейчас, что она им поиграла. Чтобы больнее было.
          Драко стоял у окна спиной к ней, но сразу же почувствовал чужое присутствие.
          – Это правда, что ты опоила меня любовным зельем? – с порога спросил Малфой о том, что интересовало его больше всего.
          – Будешь знать, как мне хамить, – без особого энтузиазма огрызнулась Джинни, – как последствия? Как догадался?
          – Последствия – как с похмелья. А догадался… по тем же последствиям. Да и Снейп говорил, хотя я послал его куда подальше.
          Они молчали, Джинни не знала, что сказать, Драко думал. Вообще, ему полагалось бы орать. Странный нынче Малфой пошел.
          – Ты это только из мести сделала?
          – В точку. Правда, встречаться с тобой я не планировала. Но ты умеешь поставить в безвыходное положение!
          Он усмехнулся, думая, о чем бы ему еще спросить.
          – Ну и как тебе быть девушкой Малфоя? Богатой, знаменитой…
          – Окутанной вниманием жениха, – закончила за него Уизли. – Первые два фактора можно отбросить. Я тебе никогда не врала, так что можешь по второму разу не спрашивать.
          – Никогда?
          – Никогда.
          Он обернулся, пристально глядя ей в глаза, чтобы найти в них подтверждение. Джинни смотрела на него без эмоций, немного расслабившись. Она думала, что разговор будет более тяжелым.
          – Тогда, я надеюсь, ты собрана? – снова появился блеск в глазах, горделивая осанка и надменное превосходство над всеми в голосе. – Я обещал родителям представить сегодня свою невесту!
          – Малфой, ты с ума сошел? – на всякий случай уточнила девушка, у которой даже сердце дрогнуло от этих слов. Приятно дрогнуло.
          – Неужели ты думала, что я когда-нибудь опущусь до того, чтобы оправдываться перед всеми, будто меня опоила зельем какая-то гриффиндорка? Малфои не перенесут такого позора!

    Leave a comment can only registered users.