• Фанфики 2months ago


          Я бегу по длинному темному коридору, изредка оборачиваясь. Страх больно бьёт по вискам, дыхание сбивается, а ноги отказываются двигаться. Наверное, я бегу сейчас только из-за того, что у меня охеренная сила воли, а еще потому, что мне не хочется сдохнуть от руки чувака в кожаной маске. Но конец приходит всему; пришел он и моей силе воли. Я завернула в очередной коридор и рухнула, вжимаясь в стену. Я даже плакать не могу, потому что из-за страха у меня весь организм работает в тормозном режиме. Жаль, очень жаль…
          - Блядь, я не хочу дохнуть! – в сердцах шепчу, одергивая длинные рукава рубашки брата. Белая, его любимая сейчас была грязная и порванная в области плеча. Он меня убьёт или сдаст этому сумасшедшему… Черт!
          - Я никогда, слышишь Господи? никогда больше не буду смотреть ужастики на ночь! – злобно прошептала я и сразу же замерла: в конце того коридора, откуда я зарулила сюда, послышались знакомые до боли шаги. Ровные, аккуратные, тихие. Я закрыла рот рукой, надеясь, что меня не найдут. Ага, размечталась!..
          Шаги раздались рядом и.. затихли. Я затряслась мелкой дрожью и зажмурилась. Всё, это точно конец. Извини, братюнь, что рубаху твою ухренакала…
          Почти змеиное шипение заставило меня распахнуть глаза и уставиться в стенку напротив. Змеи? Их еще не хватало! Вот эту тварь я точно не люблю, хоть убейте! Пауков еще терплю, мышек, крысок, но это…
          - Попалась! – негромко раздалось над ухом, и меня кто-то резко схватил за запястье и дернул на себя…
          - А-А-А! – заорала я, вскакивая с кровати, хватая подушку и махая ей из стороны в сторону. – Оставь меня, Коллекционер! А-а-а…
          - У-у-у, - услышала я со стороны двери и, одернувшись, обратила свой взор туда. Там стоял мой брат. – О, ебанушка…
          - Отсоси! – нахмурилась я, обнимая подушку и поправляя рубаху. Мне сон страшный приснился, а он тут обзывается.
          Я села на кровать и, нашарив под подушкой мобилу, посмотрела время. 06:58.
          - Да, уже почти семь. Вставай и не собирайся ложиться. Я через три минуты зайду, проверю! – пригрозил мне Максим, показывая кулак правой рукой, а левой держа кружку с чем-то горячим.
          - Бе-бе-бе-бе-бе! – показала язык спине брата и завалилась обратно. Кошмар еще отдельными отрывками всплывал в моей голове, и я уже жалела о том, что меня в двенадцать ночи приспичило посмотреть фильм ужасов. Легла в девять, встала в двенадцать – нормально, чё! Только вот моя фантазия этого не разделила и дала мне просраться.
          - Гребанный Коллекционер… Что бы тебе в гробу икалось, тварь! – прорычала я, потягиваясь.       Вставать абсолютно не хотелось, но и разъяренного брата со шваброй я тоже видеть не хотела. Я прекрасно знала, что если его довести, то он спокойно схватится за это изобретение людей и вылечит мою больную спину только так. Пришлось поискать ногами тапки и, снова одернув рубаху, идти в ванную.
          Я только воду открыла, чтобы умыться, как услышала истошный вопль брата:
          - Лохматая, вставай!
          Я промолчала, злобным взглядом просверлив в двери дырку. Ничего, пусть понервничает, думая, что я еще сплю. Тем более дверь я захлопнула, а она у меня с прибабахом – не всегда открывается. Раза с седьмого и то, если повезет.
          Макс не заставил себя долго ждать.
          Я вытирала лицо, когда услышала расторопные шаги в коридоре.
          - Эй, Танька, встала, живо! – и такой грохот от ударов кулаков по деревяшке, что, по-моему, домик не хило качнуло. – Я предупреждал!
          Я молчала, хихикая в кулак, а брат продолжал, судя по звукам, выламывать ручку и барабанить в дверь.
          - Что ты молчишь? Тань?.. Таня! Танька! Открой, живо!.. Напросилась! – бах! Дверь, жалко скрипнув, обо что-то ударилась. Мне сразу стало не до смеха и я вылетела из ванной, ударившись больно мизинцем о косяк.
          - Э, ты здесь? – невинно хлопая глазками, спросил Максим, и затем медленно указал на щепки у моего порога. – А я думал… Случилось чего с тобой, раз молчишь…
          - Вы чего там делаете? – раздался снизу женский визг. Ясно, тетя Оксана еще не ушла на работу.
          - Ты!.. – я злобно зашипела, вспомнив о мизинце, и стала потирать ушибленный пальчик. Максим молча наблюдал за мной.
    ***
          - Как так? Как? – не понимала я, стоя рядом с братом и с непонятными звуками указывая на выломанную ко всем чертям ручку и немного потрепанный косяк. – Ты… о-о…
          - Ты молчала. – скрестил руки на груди брат. – Я же говорил тебе не раз: не молчи. Я же не знаю, что ты делаешь!
          - Ну, конечно! – возвела я руки в небу и перешагнула через щепки. – Я же не такая дура, чтобы резать себе вены или глотать таблетки!
          - Кто тебя знает. – пробубнил Макс и развернулся, чтобы уйти, но остановился. – Поторопись.
          - Конечно, а кто убирать всё будет? А кто Оксане покажет и расскажет? – взглядом я уже указывала, кто будет у нас сегодня «горничной». Брюнет тяжко вздохнул и закивал.
          - Хорошо, я всё сделаю сам, только приведя себя в порядок и… - он осмотрел меня, - и сними мою рубашку. Я закину ее постирать.
          - Ладно, только дай переодеться и не оторви у меня рубаху вместе с грудью: она мне еще понадобится! – крикнула я вслед уходящему парню. Что же, двери меня лишили, хорошего сна – тоже. Надеюсь, что и уроков лишат.
    ***
          - Чем вы там на верху занимались? – спросила тетя Оксана, сидя за столом и допивая свой кофе. Официальный костюм на ее полноватом теле сидел неплохо, тем более она немного похудела за эти несколько недель, а черные крашеные волосы были уложены в элегантную прическу. Я оглядела ее с ног до головы и, отвернувшись, хмыкнула. Понятно, что на работе появился еще один богатенький мужичек.
          - Да так, Максим немного вычудил. – коротко объяснила я, наливая чай. – А ты уже уходишь?
          - Да, - устало отозвалась женщина, ставя кружку, - совещание босс устроил… В офис теперь можно заходить лишь в непробиваемом костюме: разорвет.
          - Оу, так все плохо? – поинтересовалась я, присаживаясь напротив нее.
          - В принципе, - Оксана в упор поглядела на меня, - тебя это не должно касаться. Я сегодня буду поздно, не натворите делов. – она встала. – И еще…
          Я вопросительно взглянула на нее: поручение? Просьба? Или приказ?
          - Твоя классная звонила, сказала, что ты уже третий раз пропускаешь свое дежурство. Тань, я понимаю… - с притворной жалостью начала она, сверху вниз глядя на меня. Я поняла, что ей просто хочется выпендриваться, поэтому она сейчас и строит тут из себя «заботливую мамашу». Да только мы эту школу проходили.
          - Теть Оксан, - я сделала непроницаемое лицо, - не надо всего этого театра. Я уже не маленькая, чтобы верить всякой подобной фигне. Иди, опоздаешь на совещание. – после этих слов я на секунду перевела взгляд на дверь, показывая мачехе, что разговор окончен. Женщина прожгла взглядом во мне дырень и, фыркнув, быстрым шагом вышла в прихожую, где она столкнулась с Максом.
          - Ты уходишь? – удивленно спросил брат, проходя мимо и не задерживаясь рядом с мачехой.
          - Да. – резко ответила та. – Пока.
          Входная дверь хлопнула.
          - Вот истеричка! – выдохнула я, разваливаясь на стуле, где я до этого сидела строго. – Надо же…
          - Ну чего ты с ней ругаешься? Я же тебе говорил, чтобы ты молчала, - поучал меня Максим, бегая по кухне и собирая наш завтрак, - неужели это так сложно запомнить?
          Я усмехнулась, закинув голову.
          - Да, дорогой братик, тут молчать невозможно. Не вели казнить, - с улыбкой обратилась я к брюнету, - а дай всё разрулить.
          - Ты-то разрулишь, - покосился на меня брат, наливая себе кофе, - в школе и так на тебя все жалуются. Скажи мне, - он громко поставил кофейник на стол и повернулся ко мне, - ты долго еще будешь вести себя, как ребенок?
          - Тебя это напрягает? – вопросом на вопрос ответила я, беря тост. – Мне кажется, ты наоборот, рад. Опекаешь меня, косички заплетаешь…
          - Мне это надоело. – твердо произнес Максим, присаживаясь напротив. На то самое место, где несколько минут назад сидела мачеха.
          - Да? – вскинула брови я.
          - Да. Хватит уже мечтать и летать в облаках. Ты – взрослая девушка, у тебя парни должны быть на уме, уроки. А у тебя ни первого, ни второго. Как так, Татьяна Батьковна? – брюнет подпер рукой щеку и выжидающе посмотрел на меня.
          Рука с тостом замерла, так и не достигнув рта.
          - Знаешь, я наелась. – с недовольным выражением лица произнесла я. – Пойду, проверю уроки.
          - Стой, я же серьезно. У тебя ОГЭ* в этом году, а ты даже некоторые уроки не посещаешь. О чем ты думаешь? Понимаю, будь у тебя парень – это другое дело, но просто так… - Макс оперся на стол руками, готовясь в любой момент вскочить и перехватить меня.
          - Я не хочу говорить с тобой на эту тему. – презрительно фыркнула я. – Лучше бы себе девушку нашел, а потом за меня хватался. Тебе уже семнадцать, через две недели – восемнадцать, а ты обо мне думаешь!
          - Потому что ты моя младшая сестра и тебе шестнадцать стукнуло пару месяцев назад! – повысил голос Максим. – Поэтому я забочусь о тебе! Кто из нас младший, не напомнишь?
          - Ой, всё! – вскочила я. – Давай просто закроем эту тему!
          - Я и не хотел говорить о парнях, - тише сказал брат, - ты сама начала…
          - Конечно! – возвела я руки к потолку. – Я! Как всегда! Знаешь что, Максим Алексеевич? В школу собирайся! Тебе еще ЕГЭ* сдавать! – я развернулась и на всех парах понеслась в свою комнату.
    ***
          - Физика… - искривила мордашку я, держа двумя пальцами тетрадку, на которой был изображен Ньютон. – Фи!
          Мобильник противно запищал; я сняла блокировку и увидела сообщение от МегаФона.
          «Уважаемый абонент!..»
          - Абонент не абонент. – ухмыльнулась я, удаляя сообщение. – Ладно, надо идти, а то брат меня с дерьмом съест, если выйду на три секунды позже.
          Я была рада, что этот черный юмор никто не слышит. Я любила своего брата, безусловно, просто не могла не ссориться с ним. Природа наделила нас такими характерами, которые никак не должны жить вместе, а являться братом и сестрой – тем более. Но, видимо, мать наша не знала, на что идет, когда решила рожать.
          Максим есть ботаник и жалкое подобие Сталина (этим он у меня прослыл за его извращенные методы наказания), по которому вздыхает вся женская часть населения школы. Повздыхает и перестанет. Однако брат сторонник старых идеологий и решительно ждет ту самую, которая станет его на всю жизнь. Честно сказать, я уже думаю, что он так до гроба со мной и останется, потому что он не раз намекал на то, что я и есть «та самая», которая свалилась на его голову. Но намекай-не намекай, а так и есть: если дело касалось чего-то серьезного, то нас семеро держали и порой не удерживали, и мы неслись набивать морду какому-то пацану или девке за то, что тот или та не так отозвалась о родственнике. Заканчивалось порой все плачевно. Для меня. Брату-то ничего не было: он – пример всем, а если подрался – так это небольшая шалость, не более.
          Другое дело я. Подралась – продленка на месяц. А еще на красный ковер к директору и завучу. Хороши дела, что же. Я не люблю учиться, хотя экзамен не за горами и сейчас уже месяц-март, и до обалдения смотрю ужасы, триллеры, аниме и телевизор. Прибавить ко всему этому регулярное прослушивание музыки и постоянно урчащий желудок – и получается помесь Мерлин Монро с безумным Шляпником и голодным бульдогом. Я не пользовалась хорошей популярностью среди одноклассников (если не считать того, что мои бойни бывали самый страшные в истории школы) так же как и они у меня: все подхалимы, подлизы и лентяи. Я, конечно, в последнем от них не далеко ушла, но все-таки не так этим «больна». И еще: они любят брата за его тело, ум и красоту, а я – за то, что мы можем бить морды как друг другу, так и другим. Причем разом.
          - Лохматая, ты там скоро? – услышала я снизу. Тряхнув головой, я неуверенно крикнула:
          - Да…
          - Хорошо, я обуваюсь.
          Я посмотрела на тетрадь по физике, что валялась у портфеля.
          - А, к чёрту! Пусть хоть кол ставит – похер, - фыркнула я, кидая почти пустую тетрадь в портфель.
          Спустилась, смотрю: брат что-то матерится.
          - Ты чего? Крем для обуви засох? – спросила я, заглядывая через его широкое плечо. Уж к чему-чему, а к обуви брат относился, как ко мне: то приглаживал и приводил в порядок, то бил и материл трехэтажным.
          - Нет, шнурок на узел завязался. – пыхтел Максимка. – И вообще, - повернулся он ко мне, - нахрена мне крем для обуви, когда я иду в кроссовках?
          Я пожала плечами и стала надевать свои сапоги. В нашем городе снег уже почти сошел, но я все равно боялась ходить в кроссовках, чтобы не простыть. Да и брат мне сразу сказал, что раньше конца апреля меня в кроссах на улицу не выпустит. А сам наяривал только так!
          - ДА-А! – заорал Макс, махая кроссом. – Слава Богу!
          Я посмотрела на него так, как будто его только что с психушки выпустили, и продолжила одевать пальто.
          - Надеюсь, сегодня без всяких причуд обойдется? – спросил брюнет, натягивая куртку.
          - Посмотрим-посмотрим, - лукаво отозвалась я, поправляя черный берет.
          - Если ты еще раз проделаешь то, что было вчера, то получишь по морде прямо на улице. – предупредил брат, показав кулак. Я закатила глаза и выпихнула его из дома.
          - В прошлый раз я просто задолбалась спотыкаться о дерьмовый асфальт у школы, - нарушила повисшую тишину я, пытаясь попасть в замочную скважину замком, - который типа сделали летом и который развалился в начале весны.
          - Конечно-о, - с улыбкой протянул Макс, доставая телефон, - просто кто-то под ноги не смотрит.
          - Я? – я отдала ключ брату. – Да я-то смотрю! Просто этот дерьмовый асфальт…
          - Всё, не начинай! – потрепал меня за щеку парень. – А то тебя унесет сейчас.
    ***
          - О, Шутова! – подскочил ко мне рыжий парень моего возраста. У него были зеленые глаза и глупая улыбка, а на носу сидели очки. – Привет, ты сегодня без событий?
          - Колесников, - отходя от расписания и поворачиваясь к однокласснику, проговорила я, - тебя касается? Мало в прошлый раз очки разбила? Я еще раз это сделаю.
          - Что ты, Шутова! – неестественно засмеялся Коля. – Просто странно, что новое утро и без драк.
          - Сейчас устроим, - я закатила рукава. Парень, пискнув, смешался с толпой. Я лишь еще раз посмотрела на расписание и поднялась на второй этаж.
          - Здравствуйте, Елена Ивановна! – натянула улыбку я, когда на лестнице столкнулась с женщиной пятидесяти лет, тонкой, как спичка, и короткой стрижкой. Ребята в нашей школе зовут ее «усатым дворником». Почему дворником – я уже не помню, но недавно, сидя в столовой, кто-то пустил слух, что у нее усы растут. А отсюда и понеслось: усатый дворник.
          - Здравствуй, Таня, - поздоровалась она своим немного писклявым голосом. На том и разошлись.
          - Привет, ребят, кто-нибудь читал ее? – я достала из портфеля учебник по истории и помахала им. Со всех сторон послышались жуткое гудение.
          - Понятно-о, - протянула я, - будем как-нибудь спасаться…
          - Привет, бро! – услышала я позади себя и обернулась . Ко мне подошла Женя, моя одноклассница и единственная девушка из класса, с кем я сдружилась. Она была высокая, с каштановыми волосами до лопаток, пышечка от природы и просто эталон женственности. Сама по себе милая и эмоциональная, Женя в тоже время могла быть полной стервой и очаровашкой, и то, как менялся весь этот ее букет, говорило о том, что она неустойчивый, но вполне надежный человек. Женя носила очки; эта девушка была крайне ранима, если в ее адрес летело что-то обидное, однако мстить не торопилась. Да и если хотела очень мстить, то в скором времени либо прощала, либо забывала. И еще, самое главное: у нее дома всегда было что пожрать.
          - Привет, Джек! – мы обнялись. – Читала?
          - Не-а, - отмахнулась она. – Я вообще ничего вчера не делала. У нас гостей был полон дом.
          - Ну, понятно. – понимающе закивала я. – А мусора моего видела?
          - Эмку? Да, она внизу. У них линейка, их класс по школе дежурный. – поправляя отросшую челку, ответила мне Евгеша.
          - Это что же получается? Мы на следующей неделе дежурные? – округлила глаза я. Если вспомнить то, что Эмма была в восьмом, то наш класс был следующим, кто дежурил по школе. А это значит, что «привет» малышня орущая, подвижная и неуправляемая, и «прощай» спокойные сонные перемены.
          - Да, - заметно погрустнела Джек. – Мне бы это дежурство нахуй не нужно.
          - Угу, как и мне. – поддакнула я.
          - У-у-у! – маша руками, подошел к нам мелкий пацан. Не поверите, но этот шкет, что в сиськи мне дышит, учится в моем классе! Его зовут Колян Вершинин, и ему семнадцать. Он откуда-то с деревни, где оставался раз на второй год. Парень так ничего, но такой… Долбоеб, не в обиду тебе сказано, Коль. Зарыпается, обзывается, дерется. За это его и бьют все: с первого по наш класс включительно. Ну, как бьют? Так, помашут руками, и потом удирают друг от друга – либо Коля от малолеток, либо малолетки от Коли - там уж как получится. Блондин, уши торчком, вроде все.
          - Иди отсюда, хуила! – зашипела я на него, грозно махая кулаком.
          - Шалава! – лыбясь, выпалил он. – Шлюха!
          - Что? – прищурилась я и, втюхнув братюне свой портфель, понеслась за мальцом.
          - Шлюха! – орал парень, прошмыгивая мимо школьников. Ему-то хорошо, он маленький, а вот я… То в человека не вписалась, то - в дверь.
          - Сюда иди! – прокричала я, спускаясь вслед за ним по лестнице.
          - Дура! – заржал он, смотря, как я, быстро перебирая ногами, спускаюсь по лестнице.
          - Вот говнюк! – рыкнула я, перемахивая через перила и выскакивая в коридор. Быстро оглядевшись вокруг на наличие директора и других «членов Элиты» и никого не завидев, понеслась за удирающим Коляном.
          - Ну, что устроили? – заорала уборщица тетя Люда, когда я пронеслась мимо нее.
          - Я сейчас..! – на автомате ответила я, одной головой поворачиваясь к кричащей. И тут произошло то, чего я меньше всего ожидала: я обо что-то сильно ударилась. Или об кого-то.
          - Эй, Тань! Тань, ты как? – сквозь звон в ушах слышала я, однако так и не ответила: грудь сперло от нехилого удара, а сознание затуманилось. Я отключилась.
    ОГЭ* - Общий Государственный Экзамен; сдаётся в 9 классе.
    ЕГЭ* - Единый Государственный Экзамен; сдаётся в 11 классе.

    Leave a comment can only registered users.